Предыдущие части:
…
Безумие на восьми лапах — X
Безумие на восьми лапах — XI
Безумие на восьми лапах — XII
Безумие на восьми лапах — XIII
Безумие на восьми лапах — XIV
Безумие на восьми лапах — XV
Безумие на восьми лапах — XVI

«Нееееет! Ты не достоин быть. Или существовать. Или просто… Ты не мой брат, и Ты не достоин меня! И Она. Я буду вашим хозяином».
12 сентября 1969

Мои друзья, вы считаете меня сумасшедшим? Или просто низким человеком? Слабым и безвольным? Ну не молчите, я же вижу это по вашим взглядам, особенно по тем, которые ловлю на улице. Эта неловкость, которую я ощущаю из-за всех вас, просто сводит меня с ума. Я же вам ничего не должен, совсем ничего. Какие еще обязательства?

Ах да, обязательства, которые создает само общество, и лишь его существование ограничивает каждого человека в свободе. А я хочу быть свободным в самом полном смысле этого слова.

Свобода от земного притяжения. Это так прекрасно! Парить, летать, падать по собственному желанию, разбиваться, умирать.

«Я в поисках настоящей свободы. В поисках искусственного парения. В поисках глотка оживляющего воздуха. Извините. Мне пора. Меня зовут. Он вернулся»
12 сентября 1969

А можно ли это назвать обычной совестью? Или инстинктом самосохранения? Что-то не очень похоже. Хотя нет, сходство огромное… Главное отличие в том, что оно со мной общается. Если это совесть, то она живая. Если это инстинкт – то, пожалуй, он проявляется внутри меня живой речью. Реальной, настоящей, и ее плоть – это сам я, узник, заточенный в порочном теле, страдающем от насекомых, снующихся под кожей.

На улице очень долго шел дождь. Он шел вчера, и сейчас, иссякнув, наконец-таки остановился, но после него все вокруг было залито дождевой водой, некоторые лужи заступали за щиколотки, а проезжие машины обязательно намеревались обрызгать меня с ног до головы.

Сидя перед этим в квартире, я не мог отделаться от голосов, преследующих меня за спиной. Как только некто произносил что-то неразборчивое за левым плечом, его вторил другой, женский голос, бормочущий за правым. И так могло продолжаться очень долго, потому я, наспех собравшись, решил прогуляться, несмотря на погоду за окном.

Выйдя на улицу, я только тогда сообразил, что иду босиком. Ботинки, которые только что натянул на ноги, не завязав шнурки, странным образом исчезли. Да и может не было никаких ботинок?

Вернувшись в подъезд, я начал было подниматься по ступенькам назад, к лифту, который уже успел уехать. Долго ждать не пришлось – характерный скрежет и шум опускающейся кабины дал о себе знать меньше, чем через минуту. И я был готов уже зайти в него, но что-то меня заставило отойти назад перед тем, как откроются двери лифта. И едва они открылись… я застыл на месте, чувствуя, как немеют кончики пальцев на руках и ногах от страха, и давно знакомые насекомые забегали под кожей, вызывая неприятные ощущения.

Ненависть с Отвращением глядели на меня из кабины лифта, как будто зазывая к себе, а зеркало, находившееся на стенке за ними, не отражало их. Возникла странная иллюзия, когда я видел их перед собой, во плоти, настоящих, реальных, не похожих на привидения, и одновременно смотрел сквозь их непрозрачные тела, где видел в зеркале свое отражение.

Голова почти сразу же закружилась от столь тяжелой для восприятия парадоксальной картины, от чего я развернулся и выбежал из подъезда, как ошпаренный. Спрыгнул с входных ступенек прямо в лужу, расплескав ее и намочившись сам, и побежал. Просто побежал куда-нибудь подальше от собственного дома, не оглядываясь.

Бег под дождем по выложенному камнем тротуару заставлял меня забыться и получать удовольствие от каждого попадания при движении ногой в лужу. Ручьи мыслей сталкивались, превращаясь в брызги электронных зарядов мозга.

Мне казалось, будто прошло уже несколько часов после той встречи в лифте, но я все еще бежал. Голосов за спиной я больше не слышал, их заменил постоянный плеск воды под ногами, и одежда уже вдоволь пропиталась грязью и влагой.

Гвоздь, так неожиданно встрявший в пятку, при каждом шаге вызывал импульсы ужасной боли, у которой даже не было сил остановить меня. Бег от неизведанного, необъяснимого и неописуемого заставлял меня бежать от себя самого.

«Остановись», услышал я где-то внизу, под ногами.

И я остановился. Опустился на колени прямо в глубокой луже и посмотрел в свое отражение.

«Они тебя никогда не смогут одолеть», – прошептало мне мое отражение.

Возвращаться домой было очень страшно. Вызывать лифт я не собирался, и после этого случая больше ни разу им не пользовался, даже когда меня начала одолевать старость. Поднявшись на свой седьмой этаж, я опасливо подошел к собственной двери и засунул руку в карман с ключами. Черт! Только сейчас я увидел, что ключи торчат из дверного замка под ручкой. Но… рука настояла на своем и все равно нащупала в кармане связку ключей. Странно, она у меня всегда была одна… Вынул ключи и понял, что это те самые, которые я оставил в замочной скважине. И спустя мгновение, требуемое на то, чтобы отвести взгляд от двери на ключи из кармана, связка в замке исчезла.

Сначала ботинки. Теперь ключи.

Пытаясь не думать об этом, я открыл квартиру и зашел внутрь.

Вспомнив о пораненной ноге куском гвоздя, я осмотрел ступню, но как ни странно, не обнаружил ни одной раны, даже царапины. И боль прошла…

Хотел было взглянуть в зеркало, но не мог. Зеркал в моей квартире не было уже давно.

Но Он и вправду вернулся, я это ощущал всем телом и душой. Это Он… Это мой демон, мой собственный герой. Моё экстази в крови.

Может он поможет мне освободиться от всех вас?